Выражение cor ne valet — псевдолатынь, вопрос «готово ли сердце?» — созвучно с фр. саrnаval ← итал. саrnevalе ← лат. сarrus navalis «повозка-корабль»; народная этимология возводит это слово к позднелат. саrnе «мясо» + vale «прощай»; наиболее близкий аналог в церковнославянском языке — «мѧсопоу́стъ», последний день зимнего мясоеда, третий из четырёх воскресных дней подготовки к Великому посту, называемый также Неделею о Страшном суде). Согласно моему замыслу, возглас «cor ne valet!» должен приводить в движение серию предсмертных, смертных и посмертных мытарств, из которых собран этот альбом и на каждом из которых сердце опять и опять испытывают на пригодность к чему бы то ни было.
humanimalien — тексты, программирование, аранжировка, сведение, мастеринг, обложки
1 as 0
Одышлив, шорох и портвеен, как порох, по ветру развеян, зерцальцем в небесех удвоен, вдвоём по улицам один,
кристальцем в голове умножен, бегу по глазовидным лужам, мерзавец, как никто ничтожен, один как ноль. Мой псевдоним
переводим как «я не дома». Где ж я? На дне кармана-ямы звенят мои контрольны суммы, они малы. Я равен им.
massa damnata
Massa damnata — латинский богословский термин, буквально «обречённая масса»: всё человечество как общность падших и уже приговорённых грешников до всякого спасения или искупления. Анахата — сердечная чакра, зона чувств, привязанностей и уязвимостей.
пьяна и помята, massa damnata есть сила, делённая на моё ускоренье паденья до самого, здрасьте, до дна.
до дна за пиастры, военные астры, за наше с тобой ничего, за братья и сестры, за вектор и растр, до дна за того, у кого
тесна, плоховата его анахата, в ней места не хватит на всех.
в ней холод и снег, как хохот и смех.
beatza
Песня посвящена памяти Дмитрия «Wolforest» Гуськова (1970–2025) — друга моих детства, отрочества, юности и моих университетов, которому сегодня исполнилось бы 55 лет, если бы он в этом году не умер. Текст был написан мной в 1989 году во время наших с ним летних ночных бдений в панельке на улице Бутлерова — на берегу Битцевского лесопарка — и немного переделан в 2007-м.
Как дамой накрытый валет, не виден под ночерью вечер. Смотрю, из окна человечек выходит и движется в лес.
Строений углы обогнув, вплывает в смятенную темень, и тёмные тени растений его пеленают. В плену
он видит какие-то сны, развитие и продолженье, как он продолжает движенье под сенью бессонной сосны.
Жужжит в деревах шестерня, луна опустилась на нитке, за нею спускаются лунные детки и обступают меня.
Верней, обступают его. Он плачет и крыльями машет, на ветку садится и пишет, и мокнет подушка его.
Он пишет, с трудом вспомина- я близких друзей отдалённых фамилии, какими они были, были ли они, и какие у них имена.
Но вспомнить не можетца мне, какие у них были лица. Ведь чтоб наяву позабытца, сначала они исчезают во сне.
Гремит и пружинит карниз, пустой, оцинкован как вёдра. Король наступает как утро, но день побеждает как туз.
morgenrøde
Пересомысысление пасхальной гомилии норвежского проекта Burzum с альбома Belus (2010). При участии хора жен-мироносиц и карело-финского варгана «муннихарппу». Перевод мой.
оживление в народе воспаляется восток мертвый ни един во гробе заяц по поляне скок
над горой горит светило веселя и шевеля приласкало приютило и беременна земля
пьян от солнечного света, дуб склонился и шумит. солнце победило — лето наступило и стоит
מְנֵא תְּקֵל וּפַרְסִין
Mene, Tekel, Upharsin — библейская арамейская формула приговора из книги пророка Даниила. Надпись на стене на пире царя Валтасара: «мене» — «исчислено», «текел» — «взвешено», «упарсин» — «разделено». В толковании Даниила: дни царства сочтены, оно взвешено на весах и признано лёгким, и будет разделено и отдано другим.
меня сегодня текел упарсин (упарсин) я на весёлых был сегодня взвешен ей, деревянное такси, свези мене на небеси, небывшую мою соделай бывшей
мисима хара резал, а бога не видал и оттого атлант расслабил мышцу, атлант разбил коленку, атлант раздал именье, атланту болье-менье, высше-ницше
мы — то, что мы кричим во сне (им во сне) в чужой груди не щёлкай клапан, ты — то, что щёлкает во мне (ой во мне) вот щёлкнуло опять, и я заплакал
ambulance
Эта песня основана на инструментальной композиции проекта Sphæra Octava, вошедшей в официальный саундтрек к моему стихотворному сборнику «Искусство ухода за мертвецами» (Гаятри, 2009), из которой был взят и её текст.